вНАЛОГИ

Страсти по старости (мировая практика)

Страсти по старости (мировая практика)

Пенсионные реформы сегодня волнуют не только Россию. Демографическая ситуация, когда доля неработающего населения всё более возрастает, возбуждает пенсионные страсти в большинстве развитых стран мира. Поэтому соответствующие реформы за последнее время провели 26 стран ОСЭР (в состав этой организации входит всего 34 государства). При этом государство везде стремится к уменьшению пенсионных выплат населению и увеличению накопительной составляющей, которая в среднем по той же ОСЭР доходит сегодня до трети пенсии в целом. Так что пенсионная реформа, проводимая российскими властями, соответствует мировым тенденциям: перспективный рост накопительной части до той же трети от общего размера пенсии. Призывы чиновников увеличить объёмы частного пенсионного страхования – из той же оперы. Государство считает непосильным для себя бремя пенсионного обеспечения населения в современных объёмах.

Мировая практика

Обратимся к мировому опыту в деле реформирования пенсионной системы, посмотрим, какие инициативы в ближайшем будущем может подхватить наше правительство.
По поводу индексации пенсий. Чехи и финны сегодня вынуждены мириться с её сокращением, а греки и бельгийцы – с временной её отменой. Шведские, португальские и немецкие пенсионеры должны привыкнуть, что индексация их пенсий уже не привязана к среднему размеру зарплат, а связана только с темпами инфляции. Турки осведомлены о том, что индексация пенсий в их стране зависит от темпов роста ВВП.
Повышение возраста выхода на пенсию, которое тревожит россиян, уже давно стало реальностью в большинстве развитых стран (30 членов ОСЭР сделали это). К примеру, сегодняшние 20-летние англичане уйдут на заслуженный отдых в возрасте 68 лет. В таких странах, как Канада, Испания и Германия в ближайшем будущем пенсионный возраст составит 67 лет. Для сравнения: те государства ОСЭР, где в середине 90-х пенсионный возраст был равен российскому, он теперь составляет порядка 63 лет для женщин и 65 – для мужской части населения.
Характерным стало и повышение срока уплаты пенсионных взносов. Так, во Франции объявлено о его увеличении до 43 лет (сегодня этот показатель равняется 41,5 году).
Ещё одно направление государственной политики в сфере пенсионного обеспечения населения, которое активно осваивают правительства многих стран – сокращение возможностей по досрочному выходу на пенсию по старости. Дальше всех в этом плане пошла, пожалуй, Португалия. Здесь сегодня полностью отсутствует возможность досрочного выхода на пенсию. А в той же Финляндии такого права не имеют сотрудники частных компаний.
Насколько активно государства ОСЭР привлекают работодателей к участию в накопительных схемах пенсионного обеспечения? Некоторые государства сегодня ввели требование об обязательном участии работодателей в подобных процессах: Голландия, Швеция, Великобритания, Сингапур, Китай. В Германии, Франции и Японии такое участие является добровольным (пока). А вот в некоторых странах Латинской Америки (Чили, Мексика) обязательными являются накопительные планы индивидуального порядка. В Мексике, кстати, к обязательным схемам подключены даже самозанятые граждане. Популярны и варианты софинансирования добровольных пенсионных накоплений, отдельные страны идут на установление налоговых льгот для участников таких схем.
В то же время, абсолютно универсальных тенденций в сфере пенсионных преобразований не существует. Многие государства учитывают при выработке политики на этом направлении состояние и перспективы развития национальной экономики. Так, власти Словакии разрешили наследование пенсионных накоплений, пошли на ряд дополнительных льготных мер для пенсионеров, поскольку в этой стране в перспективе пенсии станут самыми маленькими в Евросоюзе.
Серьёзно отличается и ситуация в различных странах с привлечением граждан к участию в программах добровольного накопления. Большие успехи продемонстрировали на этом направлении Германия и Новая Зеландия. Так, количество работающих немцев, участвующих в такой программе, за 10 лет выросло до 27 % с начальных 2,5 %. А в Новой Зеландии доля таких работников в 2010 году составляла уже 55 %. А вот в той же Испании сегодня эти показатели значительно скромнее (всего 3 % в 2012 году). Многие наблюдатели отмечают, что степень вовлечённости граждан в подобные программы достаточно сильно коррелирует с их информированностью по этим вопросам.

Российские реалии

Что в России? Во-первых, подавляющее большинство пенсионеров недовольно размером своих пенсий. А, во-вторых, нам говорят о том, что Пенсионный фонд РФ – организация дефицитная, а потому полностью зависит от бюджета (читай – от мировых цен на углеводороды). Но давайте разберёмся, как создаётся дефицит Пенсионного фонда. База сегодня находится в пределах 34 – 35 тыс. рублей. Тариф – 22 копейки с рубля. Отсюда и размер пенсионных накоплений. При этом Минфин идёт по пути снижения тарифов. Чиновники считают, что дефицит Пенсионного фонда – неизбежное зло. Он покрывается, и будет покрываться из бюджета. Жалко, что нефтяные цены почему-то формируются не в Минфине России. Вообще, кое-кто сегодня предлагает закрепить за Пенсионным фондом РФ отдельной бюджетной строкой самостоятельный источник доходов. Логика в таких предложениях, определённо, присутствует. Ведь Пенсионный фонд выполняет государственные обязательства перед населением (если ст. 7 Конституции РФ – не пустая декларация).

Проблемы баланса

Ситуация в пенсионной системе России напоминает знаменитое ленинское описание ситуации революционной, когда верхи не могут, а низы не хотят. Только теперь в роли низов и верхов выступают соответственно экономический и социальный блоки Правительства РФ. Они пытаются перебрасывать друг другу проблему сбалансирования пенсионной системы, как теннисный мячик. Экономический блок понимает, что доведение социальных платежей до уровня 40 % убьёт российский бизнес, а блок социальный утверждает, что сохранить их на пороге 30 % – значит, оставить за гранью нищенства большую часть пенсионеров. Как добиться компромисса – пока не знает никто. Что может случиться в перспективе, когда искомый баланс системы не будет найден? Можно обратиться к опыту одной латиноамериканской страны.

В Чили недавно прошли массовые протесты трудящихся против пенсионной политики правительства. При этом соотношение пенсии и зарплаты в этой стране составляет 38 %, размер пенсий колеблется от 160 до 400 долларов США. Правительство, пытаясь улучшить ситуацию, ввело дополнительный социальный взнос в 5 %, который должен был уплачивать работодатель. Профсоюзы поддержали не власти, а бизнес. Они потребовали введение государственной пенсионной системы. Ситуация в Чили осложняется низким сроком пенсионных отчислений, больше половины пенсионеров к моменту ухода на заслуженный отдых перечисляли средства в пенсионные фонды не более 15 лет (те, кто перечислял средства хотя бы 30 лет, в среднем получают пенсию в размере 77 % зарплаты). Плюс низкая доходность долгосрочных ставок и высокие комиссионные пенсионных фондов.
Чилийское правительство уже откликнулось на пожелания трудящихся и пошло на ряд мер, призванных снизить риски трудящегося населения. В частности, были введены минимальные государственные пенсии по старости.

Российские перспективы

Экономические проблемы отразились на положении российских пенсионеров. В этом году индексация пенсий не проводилась в должной мере (на уровне инфляции предыдущего года, которая составила 12,9 %). Такая индексация бюджету в его нынешнем виде просто не по карману. Удалось проиндексировать пенсионные выплаты только на 5,6 % (да и то с учётом единовременной выплаты, которая будет проведена в январе 2017 года). А работающим пенсионерам и вовсе отказано в индексации пенсий. Уменьшен и размер прав такой категории пенсионеров по сравнению с другими категориями получателей пенсий (три балла против десяти при обратной конвертации при определении размера пенсии).

Как известно, наше государство пошло на отмену обязательных пенсионных накоплений, и накопительные взносы вплоть до 2019 года будут направляться в солидарную часть пенсионных накоплений. За три прошедших года благодаря такой политике бюджету удалось сэкономить около триллиона рублей. Но это не оказало принципиального воздействия на баланс (точнее – дисбаланс) пенсионной системы. Пенсионные выплаты превышают пенсионные взносы по-прежнему примерно на одну треть. Причина – высокая инфляция, которая нивелировала рост поступлений в Пенсионный фонд. Так что пенсии в реальном исчислении снизились. Российские пенсионеры оказались в такой ситуации впервые с 90-х годов прошлого века. На ситуацию повлияло и снижение ставки социальных взносов для некоторых отраслей (до 22 % с общих 26 %). Вот вам результаты компромисса между социальным и экономическим блоками правительства.

Какая система лучше?

Исходя из параметров трёхлетнего бюджета, к 2019 году реальный средний размер пенсии россиянина снизится по сравнению с 2014 годом на 9,4 %. Более чем на 10 % уменьшится соотношение размера пенсии к прожиточному минимуму пенсионера, почти на 4 % снизится соотношение пенсии к зарплате. По итогам этого года средний размер страховой пенсии по старости в России – примерно 200 долларов США. Демографическая ситуация изменяется в таком направлении, которое затрудняет выстраивание сбалансированной системы пенсионного обеспечения. За последние годы численность трудоспособных граждан сокращалась почти на 600 тысяч человек ежегодно, в то время как количество нетрудоспособных увеличивалось на 660 тысяч человек за каждый год. Но и это еще не всё. Дело в том, что даже из сокращающегося числа занятых обязательные взносы уплачивает только 70 % граждан. Отчасти дисбаланс выравнивается за счёт большого числа работающих пенсионеров (почти четверть от общего их числа), но, с другой стороны, этот показатель достигается во многом благодаря большому количеству людей, выходящих на пенсию досрочно, таких сегодня – почти треть от общего числа пенсионеров по старости. Если учесть досрочников, то сегодня фактический средний возраст выхода на пенсию у мужчин в России составляет 58 лет, а у женщин – 54 года. Кстати, пенсионный возраст в России сегодня ниже, чем у других стран членов ЕАЭС. Наблюдатели отмечают, что реформированию пенсионной системы России препятствуют два фактора, один экономический, а другой – политический. Экономический кризис отрицательно отражается на размере реальной зарплаты, а необходимость давать (и отчасти выполнять) популистские обещания оттягивает на неопределённый срок неизбежное увеличение пенсионного возраста.

Главный вопрос, который задают сегодня все заинтересованные в проведении эффективной пенсионной реформы лица: нужно ли сохранять накопительную систему? Представляется, что всё-таки нужно. Без неё россиянам не видать пенсий достойного уровня, без неё наш бюджет затрещит по швам. А ещё это – вопрос доверия граждан к государству. Отказ от накопительной системы нанесёт такому доверию мощнейший удар.
В Минэкономразвития России сегодня предлагают постепенно вернуться к 6 % накопительного взноса. Это существенно снизит нагрузку на бюджет, ведь каждый процент – это порядка 58 млрд. рублей. Параллельно Минфин России и Центробанк предлагают ввести систему ИПК (индивидуального пенсионного капитала). В принципе, такие меры не помешают, но накопительную систему это заменить не может. Сегодня отмечается массовый перевод гражданами своих пенсионных накоплений из ВЭБ в НПФ. Таким путём сегодня пошла почти половина граждан, родившихся после 1967 года. В целом по результатам 2016 года суммарный размер пенсионных накоплений граждан России должен составить свыше 6 % ВВП страны.

Вообще Минфин России считает, что внедрение системы ИПК – правильное направление развития пенсионной системы страны. То, что из-за дальнейшего развития этой системы будет страдать Пенсионный фонд – чиновников Минфина не пугает, они считают, что государство сможет возместить такие потери, зато определённые преференции, получаемые при расширении системы ИПК бизнесом, способны оживить экономику. Каковы размеры дополнительной бюджетной подпитки Пенсионного фонда? Считается, что она составит примерно 40 млрд. рублей в том случае, если ИПК поддержит половина граждан.
Но в этом сомневаются представители Пенсионного фонда России. Здесь считают, что стимулирование перехода на ИПК работников – мера неэффективная, а работодатель весьма прохладно относится как к такому варианту развития пенсионной реформы, так и к развитию корпоративных пенсионных схем. Сегодня бизнес считает, что его дело – платить сотрудникам достойную зарплату. А как они будут этими деньгами распоряжаться – работодателя не волнует. Для справки: число людей, принимающих участие в негосударственных пенсионных системах в России, неуклонно снижается: за четыре последних года более чем на четыре миллиона человек. Так что исключительно добровольная схема пенсионного страхования в России работает плохо. Поэтому создатели системы ИПК предлагают вариант полудобровольного включения в систему граждан. То есть выйти из автоматического режима включения в систему можно только путём активного волеизъявления, молчуны по автоподписке станут участниками системы, о которой они, возможно, даже не слышали.

При этом сторонники ИПК утверждают, что альтернативой такому варианту развития событий станет неизбежное введение своеобразного налога на старость в размере от 1 % до 6 %, который будет перечисляться в Пенсионный фонд.

Евгений Сивков 

Источник

Автор:

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *